Посещая в Столице, практически постоянно с опаской набираю номера телефонных аппаратов прежних кемеровских приятелей. Не достаточно ли как меняет человека город Москва - у кого-то жизнь тяжело формируется, а кое-кто и вовсе не счастлив возвращаться в прошлое. Звоню Сергею Внукову, главенствовавшему режиссеру театра “На Весенней”: “Сереж, здравствуй, данное Лена Сурикова…”, и слышу искреннюю радость: “Привет! Ты в Столице? Приезжай ко мне на киностудию Горького! Заодно взглянешь, нежели я промышляю”.
За два года Сергей абсолютно не поменялся, всего лишь помолодел. Он полон энергии, популярен. Как раз на следующий день в последствии нашей встречи начинался съемочный период 36-серийного продолжения кого-то из самых интеллигентных в последнии месяцы сериалов. Незадолго до данного Сергей в качестве второго режиссера действовал с Владимиром Фокиным над “Пятым ангелом”. - Сережа, я вот не забывать, когда мы напоследок в Кемерове показывались, ты был некий плохо уставший…В данный момент - абсолютно иной человек. Поведай, как ты живешь здесь, в Столице?
А то всякие слухи ходили о твоем “трудной жизненной ситуации”… (Иронизирует). - Представляешь, где-то за год до отъезда в Столицу у меня был легко критический период… Я внезапно поразмыслил про то, что вот вся жизнь прошла тут, на Ноградской, 22, с окошками на драмтеатр.. И выносить, когда погибну, меня мои приятели станут отсель… И мне стало легко страшно. Все внезапно привиделось до тошноты устоявшимся и застывшим. Я уезжал с одной стороны на год - на стажировку в Ленком к Марку Захарову, но, уезжая, осознавал, что назад возвращаться невозможно.
Данное был, еще бы, риск - кинуть все и уехать с одним чемоданом. Ну что же, прогулялось все начинать поначалу - брать ложки, вилки, ботинки… В данный момент, оглядываясь на два года назад, я наверняка принимаю во внимание, что данное было оправданно. Период адаптации был совсем небольшим, я приехал в начале июня, а всего лишь через 3 месяца, в конце сентября, я попал в кино. И в случае если возвращаться к вопросу о моем трудной жизненной ситуации (иронизирует), то за первую службу в кино мне заплатили необходимую сумму приблизительно раз в 10 громадную, нежели я приобретал в Кемерове.
Ну и лишь потом пошло проще - были замечены знакомства, легко понемногу зарабатывается имя. В данный момент я тружусь над свежим телепроектом вторым режиссером. Что данное это? Ну, в случае если сообщить легко - человек, работающий с артистами, репетирующий сцены, эта черновая, но совсем необходимая служба. Имеют все шансы сообщить - вот ему повезло - “в обойму” попал… Быть может, данное бы было объективно, если бы меня звал трудится одинаковый режиссер - ну, к примеру, Владимир Фокин (”Пятый ангел”).
Но я тружусь на различных киностудиях (”Мосфильм”, киностудия им. Горького), с разными людьми. Исходя из этого данное, возможно, что-то иное, нежели везение. Данное обычная служба. А в возможности я желаю снимать свое кино. И я его сниму. Данное вопрос времени. Грубо говоря, уже в данный момент я имел возможность бы жить абсолютно тихо - я службой обеспечен. Но вот забрать и остановиться? Мне дороги слова Виктора Кривулина, кои меня совсем поддерживали на первом, самом тяжёлом рубеже: “Сережа, запомни одну фразу: не для них одних предстоит солнце”.
Я осознаю, что обязан преодолевать себя, двигаться, творить, не доживать, не просить у кого-то поддержки, а трудится. - Но возможно тебе было так несложнее - у тебя были знакомства в столичных театральных кругах, у Захарова ты стажировался, так не с нулевой отметки начинал… - Как говорится, дабы чего-то добиться в Столице, особо в кино, имеется два пути - трудится или же пробиваться через вечеринку. Первый - совсем тяжело, но вероятно. Второй… Не принимаю во внимание.. Не мне данное. Как говорится кино, как ни банально звучит, данное иной мир.
Имеется эта несколько людей, их именуют “планктон”, коя обслуживает кино, околокиношнная публика. Вот наподобие проект идет - они действуют, а после этого завершены съемки - и они никому не необходимы. Этих, на самом деле, довольно много, и практически постоянно существует опасность в данный “планктон” попасть. У меня сформировались неплохие дружественные отношения со почти всеми популярными артистами, с коими я действовал. Но отношения данные возводятся на обоюдном почтении специалистов приятель к приятелю.
Возможно выпивать каждый день в фирмы звезд, быть собственным в вечеринке, но при всем при этом не быть никем. Вот из них и возникнет пресловутый “планктон”. - А тебе, как человеку, прости меня, не совсем именитому, конкретно работающему с артистами, довольно часто - со звездным небом российского кино, возможно приходится терпеть все их капризы? - Действительно кино - данное ожесточённое производство, практически никакого очень красивого “Голливуда”. Фильмы снимаются и в холод, и в сорокаградусную парилке. Конечный результат находится в зависимости от большого количества людей.
И тут нежели я был вправду поражен, так таковым, что нежели ни “звездистее”, тем человек несложнее. Сергей Юрский, к примеру. Мне данное легко недосягаемый авторитет, мегазвезда. А он пожилой, уставший, но безумно работоспособный. Или же Лия Ахеджакова - легко небольшой тайфун, абсолютно очаровательная дама. Фамилии возможно перечислять долго. А от случая к случаю случается смешно - приходит “что-то”, чуть закончившее ВГИК, с амбициями и нереальными жалобами.
Вроде как можно понять - совсем хочется резко получить, исключительно чтобы достичь желаемого результата, помимо амбиций, как следует бы еще что-нибудь иметь. В кино, особо телевизионном, имеется эта ожесточённая вещь - сейчас тебя снимают и проявляют по всем каналам, а на следующий день ты просто не нужен, ну вот нет ролей. И куда тогда уже девается звездность? Меня вот в данный момент энергично зовут на озвучивание в кино. Данное не означает, что я некий особый - легко сейчас необходим таковой голос. Это все быстропроходящее. Ну, а пока у меня есть возможность выбирать - имеется довольно много услуг. У меня в данный момент словно затишье перед скачком… - А как же театр?
Ты столько лет был театральным артистом, режиссером? Или же и уже и для тебя “наиболее значимым из искусств считается кино”? - в один раз я осознал, что наш театр, наше дитя, перемещается по закрытому кругу. Наши дети-артисты возросли и стали иными, жизнь около изменялась, а мы словно данного силились не обращать внимания, и все мыслили, что мы - что-то особое… Вот непосредственно тогда уже было тяжелее всего. Театр должен был изменяться, вырастать совместно с артистами. Грубо говоря именно это лежало в базе наших креативных разногласий с Татьяной Михайловной.
Десять лет в театре “На Весенней” были совсем сочными и занимательными, но поменялись мы и поменялся театр. Кроме того, тогда я поставил в Ульяновске спектакль “Колонисты” по Макаренко. Мне честно жалко, что данный спектакль снят с репертуара театра “На Весенней”. Там как говорится была история забавная: как скоро я в том направлении приехал, меня обрели за столичного жителя. А ты же представляешь, как от случая к случаю ожесточённа посещает провинция.
Меня засыпали вопросами и по выбору пьесы, и по режиссуре, кроме того этими - настороженными, причем даже с нетяжелой агрессией. Мне прогулялось растолковывать, что я не буду ничего обосновывать за столом, а давайте легко начнем трудится и посмотрим, что окажется. Вышло. Сколько еще должно пройти времени я приехал во второй раз - этих неприятностей уже не возникало, артисты сходу были настроены на согласие. С самого начала почти все мои коллеги оглашали сомнение по поводу актуальности Макаренко. И мне не терпелось убедиться, что я не совершил ошибку, подбирая спектакль. А после этого ко мне доходили люди и сказали, что в период просмотра хныкали.
Данное отлично. Цель и была эта - растревожить. Театр, к сожалению, людей гораздо лучше не делает, у него есть возможность исключительно разбередить душу, а если уж дальше человек сам решает. Мне может показаться на первый взгляд, мы все, кто действовал над представлением, собственной цели достигли.
(По словам свидетелей, на премьерном показе представления, когда Сергей вышел на поклон, “колонисты” накинули на него шарф и кепку, Денис Юченков, игравшийся Макаренко, передал ему собственные очки, и, подхватив автора представления, воспитанники-актеры начали качать его, как не так давно, в представлении, качали Макаренко. -авт.). Я как следует отношусь к антрепризному театру. Данное совсем замечательно - если соблюдать условие неплохой пьесы и высококачественной постановки - и для артистов, и для посетителей. Когда-то у меня была мысль создать объединенное сибирское пространство, где артисты не бы были поставлены в зависимость от одного режиссера. Пока не произошло, но кто понимает, как дальше сложится жизнь…
- Но тогда уже выходит, что более-менее умелым обязательно нужно уезжать из Кузбасса в город Москву, дабы реализовать себя? - Да нет, абсолютно не так… Москва, как и каждая город Москва, выделяет возможность наибольшего выбора. Мы же пристрастились ограничивать себя одной целью - вот закончим обучаться, нам обеспечат службу, заработную плата, в случае если повезет - жилище. Сейчас жизнь совсем твёрдая, нужно искать, пробовать. Но в этот момент обдумывать, взвешивать. Я в свое время поменял 12 театров как актер. Из них два меня чему-то обучили - в Орле, где я действовал с Копыловым, и в Нижнем Новгороде, где управлять Захаров.
Но тогда уже все было несложнее, возможно было переезжать с места на место, повсеместно приобретать жилище. Сейчас же, дабы платить за жилплощадь в Столице 200 американских долларов, надо не смотря на то, что бы 500 приобретать. В городу Москве никого не ожидают с распростертыми объятиями. Но отчего непременно Москва? Имеется масса мегаполисов, где театральное мастерство процветает. В Омске пять драмтеатров. И всем хватает места. Означает, инициатива, предложение идут снизу. Исходя из этого нужно поменять менталитет.
Простодушно полагать, что придет талантливый режиссер и сделает талантливый театр. Особо стоит обратить внимание на то, что обязан преодолеть внутри себя каждый человек, - данное ужас что-нибудь поменять. Лена СУРИКОВА. Москва-Кемерово.